Школа восточных танцев


Гудиер шины 185 60 r14 по самой выгодной цене.
Новости и события школы

Мифы о хиджабе

У людей, мало знакомых с исламом и, в частности, его взглядом на роль, обязанности, образ мусульманки, возникает ряд стандартных заблуждений по поводу современных женщин, соблюдающих требования шариата к женской одежде. Стороннему наблюдателю, человеку неискушенному зачастую сложно понять, что движет этими молодыми, симпатичными девушками, когда они, согласно фразеологии обывателя, «напяливают эти невообразимые простыни и балахоны в сорокоградусную жару».

Человеку нерелигиозному, а также номинальному верующему, привыкшему жить отговорками «не согрешишь – не покаешься» и «главное – верить в душе», ношение хиджаба на улицах российских городов представляется непостижимой и несуразной жертвой. Для постмодернисткого общества с его фикциями и перманентной игрой, для обывателя, сверяющего каждый шаг с общепринятыми унылыми шаблонами (чтобы непременно «быть как все») женщина в мусульманской одежде – необъяснимая аномалия.

Это угроза современному потребительскому миру, где стандартизирован быт, одежда, стереотипы потребления, а глянцевые журналы расписывают от и до, как инкорпорированный в буржуазное общество филистер должен выглядеть, какие он должен носить сапоги, часы, очки, в каких ресторанах обедать, на каких автомобилях ездить, какими ручками писать, как проводить выходные и отпуск, как вести себя с противоположным полом.

Такая назойливая, подспудно давящая пропаганда в режиме нон-стоп лишает человека как подлинного духовного ядра, так и чисто внешней индивидуальности, превращая его в механизм по одержимому потреблению навязываемых товаров. Самая большая ложь этой кампании – в том, что при этом обывателя постоянно убеждают, что следование модным шаблонам лишь подчеркнет неповторимость его личности.

Поэтому первый миф, который возникает в прожженном постмодернисткими стереотипами сознании – что молодая девушка, надевшая хиджаб (особенно если он ей к лицу) просто-напросто эпатирует окружающих, стараясь таким образом привлечь внимание к собственной персоне. Таким образом, мусульманка ставится в один ряд с изъеденными пирсингом барышнями с крашеными зелеными волосами, экзальтированными, с причудливыми гребнями панками, порой ложащимися в метро на пол прямо в проходе, или эстетствующими богемными дамочками, которые не прочь оголить грудь перед сонмом телекамер.

Обывателю, рассуждающему в подобном ключе, невдомек, какие испытания поджидают молодую девушку, решившуюся надеть мусульманский платок, буквально на каждом шагу, изо дня в день. Главная проблема для нее – прежде всего отношение семьи к новой манере дочери одеваться. Косые взгляды, едкое ерничанье, театральные вздохи: «Боже, ну опять вырядилась!», «на старушку (монашку, шахидку) похожа», «перед соседями стыдно, как приличным людям в глаза-то смотреть?!» и излюбленное «тебе не идет» – при том, что хиджаб облагораживает практически каждую девушку, важно лишь правильно его подобрать.

Но родители есть родители: они используют стандартные психологические приемы, чтобы надавить на женское самолюбие дочери, свойственное любой девушке стремление нравиться. Здесь, кстати, исключительно важна поддержка со стороны братьев и сестер в Исламе, а также вкус самой девушке, ее умение создать себе такой соответствующий Шариату стиль, в котором она чувствовала бы себя органично.

В лучшем случае дело ограничивается насмешками, переходящими в издевки, а также вялым выражением недовольства по поводу «этих немыслимых платков». В более тяжелых вариантах матери и отцы устраивают дочерям истерики, бросают им пафосные заявления вроде «Что ты с нами сделала! Как ты нам в душу наплевала!».

Нередко же девушке в категоричной форме просто запрещают носить хиджаб, строго и жестоко наказывая ее в случае непослушания, выбрасывая и сжигая платки. Известен случай, когда одна мать буквально инспектировала сумочки дочери, чтобы она случайно не пронесла в ней головной шарф, который можно надеть за углом. Другая одержимая хиджабофобией родительница изымала у 21-летней дочки зарплату и на ее же деньги покупала ей открытые кофточки, короткие юбки, тратя все честно заработанные девушкой средства с тем, чтобы у нее не осталось денег на то, чтобы купить себе соответствующую Шариатом одежду.

По всей видимости, родители, ведущие себя подобным образом, не понимают всей унизительности и пошлости такого брутального давления на уже взрослых детей. Ведь в подавляющем большинстве случаев девушки, сталкивающиеся со столь экзальтированным и глупым по существу противодействием со стороны матерей, уже давно вышли из школьного и даже студенческого возраста. Поэтому попытки представить ношение хиджаба как подросткового свойства эпатаж – это исключительнейшее заблуждение.

Как бы нелепо это ни выглядело, но многие взрослые барышни вынуждены, одевшись, на цыпочках пробираться мимо полуоткрытой кухонной двери, выскальзывать на лестничную клетку, судорожно сжав рукой припрятанный в сумочке заветный платок, бежать по лестнице, озираясь, нет ли случайных прохожих, наспех надевать хиджаб, смотрясь в мутное окно подъезда или стекло припаркованной за углом машины, по-диверсантски пробираться окольными тропами и обходными маршрутами, дабы не попасться на глаза родителям, выглядывающих из окна, или же каким-нибудь знакомым.

Правда, трагикомизм ситуации в том, что подобные эпизоды уместны в среднем школьном возрасте, а не тогда, когда человек уже вправе делать самостоятельный духовный выбор и рассчитывать на уважение и понимание со стороны окружающих его близких людей…

К слову, ношение хиджаба тайно от родителей – вынужденная практика не только для российских мусульманок. К ней порой приходится прибегать и арабским сестрам. Так, одна бейрутская пятнадцатилетняя школьница выносила в сумке даже не платок, а целую абейю. Родители в категорической форме запрещали ей носить даже хиджаб, но, завернув за угол, девушка непреклонно облачалась в свое черное одеяние – к счастью, ей удавалось более или менее скрывать от близких форму одежды, поскольку женщины в абайях издалека похожи.

Но время от времени юная мусульманка сталкивалась на улице со знакомыми родителей лицом к лицу – и тогда дома ее ждали бесконечные побои и брань. Несмотря на жестокие наказания со стороны родителей, абайю она все равно продолжала носить – во что бы то ни стало.

Так неужели девушки терпеливо переносят все эти насмешки, порицания, да и просто повседневный дискомфорт в общении с собственной семьей исключительно ради того, чтобы получить наслаждение от эпатажа окружающих в метро и на улицах? Вопрос остается риторическим.

Впрочем, те, кто есть плоть от плоти постмодернистского общества, где идеологическая самоидентификация – это лишь эфемерная маска, где люди только исполняют примеряемые на себя роли, воспринимая их как легкую, немного авантюрную, но безопасную игру, не способны поверить в искреннюю преданность какой-либо религиозной, политической системе взглядов, когда человек готов реально пострадать за свои убеждения.

Читайте так же:

Комментарии запрещены.

Восток в тонкостях